Летом 1941-го...
С тех пор прошло без малого 80 лет, а дата 22 июня прочно сидит в сознании белорусов. Этот страшный день в 1941 году поставил на повестку дня вопрос: будет ли будущее у народов СССР?..
Боевые действия первого лета войны порой показывают как избиение Красной Армии, повлекшее за собой огромные потери. Такая тенденциозная точка зрения не выдерживает критики: сам враг вспоминал начало кампании на Восточном фронте как один большой кошмар. Боевые действия на белорусской земле для фашистов мало походили на европейские операции. Подобного сопротивления они не встречали ни в Польскую (1939 год), ни во Французскую (1940 год) кампании, ни в дни завоевания Норвегии (1940 год), Югославии и Греции (1941 год).
Уже 10 июля 1941‐го в дневнике начальника Генерального штаба вермахта генерал-полковника Франца Гальдера появилась запись о потерях за первые две недели Русской кампании: 64 тысячи солдат и офицеров убитыми и ранеными. Это — без потерь во флоте, авиации, войсках СС и у союзников.
Для сравнения: за пять недель в Польше враг потерял около 15 тысяч убитыми и 40 тысяч ранеными. За шесть недель Французской кампании Германия и Италия потеряли 46 тысяч человек убитыми и 113 тысяч ранеными.
Уже в первые дни нападения на СССР враг увидел беспримерные случаи героизма его защитников. Легендой, отраженной в документах противоборствующих сторон, стал факт боя единственного тяжелого танка КВ‐1, почти на двое суток задержавшего продвижение вражеской танковой группы под Расейняем (Литва). Советские танкисты заняли дорогу, по которой шло снабжение 6 тд вермахта, — обойти КВ-1 вражеская техника по лесисто-болотистой местности не могла. Бои 24–25 июня 1941‐го стоили врагу 12 грузовиков, была уничтожена зенитка, подтащенная на прямой выстрел для уничтожения танка. Ничем закончилась ночная вылазка немецких саперов: 25 кг взрывчатки не причинили советской «коробочке» видимых повреждений. И только сосредоточенный огонь вражеских зениток в сочетании с отвлекающими маневрами танков решил исход неравного противостояния. Шестеро танкистов могли ночью покинуть боевую машину, однако остались и продолжали бой до конца.
В немецких документах зафиксирован бой 4‐й танковой дивизии с частями Красной Армии у Быхова 4 июля 1941 года. У моста, ведущего в город, наши пехотинцы и артиллеристы приготовили огневой мешок, чтобы остановить продвижение вражеской колонны. Четыре головных танка, прошедшие мост, были повреждены, пятый, пытаясь обойти пробку, застрял на склоне реки. Этот успех позволил остановить продвижение противника, подготовить эту важную переправу через Днепр к уничтожению — подрыву толом и артобстрелу гаубицами. Подбитые у моста танки противника были сожжены. Продвижение врага на восток на этом участке продолжилось лишь 10 июля...
Малоизвестный факт: за 1941 год на Восточном фронте и в тылу оккупированной территории СССР погибли 14 генерал-майоров и генерал-лейтенантов вермахта, СС и один румынский генерал- майор. Вряд ли этот факт может говорить о «беззубости» Красной Армии образца 1941‐го.
Всего к концу 1941 года, по самым умеренным отчетам, потери Германии и ее сателлитов превысили 700 тысяч человек убитыми и ранеными — блицкриг такого явно не предусматривал.
Денис Трофимычев, «Ваяр», фото из открытых источников
